Забей Гол!

Дабы развеять сомнения, харьковчане ответили на неофициальный вызов и на счастливом для себя поле в Сокольниках 12 сентября скрестили оружие со сборной Москвы. В трудном, напряженном матче окрыленные первой славой чемпионы с тем же счетом 2:1 переиграли и московских футболистов. Причем голы в ворота соперников забили Алферов с Казаковым.

Таков был триумф 1924 года. Московский журнал «Известия физической культуры» (№ 17, 1924 г.) писал: «Первенство СССР по футболу выиграл Харьков, представлявший УССР. Ленинград и Москва, сильнейшие кандидаты на первенство, проиграли Украине, доказав этими играми неслучайность харьковского успеха.

Чем объяснить, что молодая команда юга без труда вышла на первое место? Чем выделяется команда Харькова среди остальных конкурентов? Бесспорно, свежестью, самоотверженностью и коллективностью. То мнение, что Харьков по своему классу равен Москве и Ленинграду, подтвердилось весьма наглядным образом в финальной игре. Привет победителям!»

Харьков ликовал. 8 сентября у здания ВУЦИКа проходил многотысячный митинг молодежи Петинского района. Когда представитель Высшего Совета физкультуры Украины зачитал телеграмму из Москвы: «Наши — чемпионы!», площадь буквально взорвалась аплодисментами, криками «ура»! По случаю победы харьковчан Всесоюзный Совет физкультуры обратился к председателю ВУЦИКа Г. И. Петровскому с приветствием.

…Норов подружился с мячом на пыльных, продуваемых то жаркими степными, то пахнущими морем, упругими, солоноватыми ветрами улицах Николаева. Играли в футбол, разумеется, босиком, и самые жаркие споры разгорались между мальчишками обычно вокруг того, сколько же шагов отмерять между кольями-воротами. Пять, семь, восемь? Роман, игравший обычно в воротах, в этих дискуссиях демонстративно не участвовал — держал марку. Мне, мол, абсолютно все равно, хоть десять шагов отсчитывайте.

Однажды привез кто-то из Одессы видавший виды настоящий английский мяч, и юный вратарь впервые ощутил его непостижимую прелесть. Вот бы всегда таким играть! Вратарскому мастерству Романа никто не учил. С молоком матери впитал он мгновенную реакцию, удивительную интуицию, смелость.

Уже в девятнадцать он стал выступать за сборную города, да только играть почти не приходилось. Гуляли по югу Украины белогвардейские банды, то и дело менялись флаги на центральных улицах. Добровольцем ушел в Красную Армию защищать Республику Советов, очищать ее от всякой нечисти, а там, разумеется, было не до футбола. Немало прошагал Роман со своей трехлинейкой по фронтам, а домой вернулся — почти не осталось в Николаеве ни его друзей по сборной, ни шумных мальчишечьих ватаг, самозабвенно гонявших мячи. Разбросала футболистов по белу свету затяжная война.